Адвокат
Вандраков Сергей Юрьевич
Возможна удаленная консультация по скайпу

В настоящей статье автор анализирует категорию «добросовестность», являющуюся одним из условий, необходимых для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Автор рассматривает упрощенный механизм возникновения права собственности, без предварительного судебного установления факта добросовестного, открытого и непрерывного владения.

Ключевые слова: Давностное владение, добросовестный приобретатель, приобретательная давность, право собственности, добросовестность.

Исключительно римским способом, называет Дождев Д.В., способ оригинального приобретения по давности (usucapio), когда непрерывное владение вещью в течение установленного законом срока доставляет владельцу право собственности на вещь[1].

Появление института приобретательной давности было связано с необходимостью устранить неопределенность в вопросах о принадлежности вещи, исключив тем самым случаи, когда объект гражданских прав фактически выбывал из оборота ввиду отсутствия субъекта права собственности, хотя имел владельца, который длительно владел и пользовался им[2].  

Страны, воспринявшие римское право, как основу своих нацио­нальных правовых порядков (Франция, Германия, Австрия, Швейцария и др.), произвели рецепцию и основных положений римского права о приобретательной давности. По французскому законодательству приоб­ретение по давности применяется только к недвижимости. Срок приобретательной давности установлен в 30 лет с начала владения, по истечении которого владелец, даже недобросовестный, не обязан указывать основания приобретения имущества и становится собст­венником. В случае же добросовестного владения, основанного на юридическом акте о переносе права собственности, действуют сокращенные сроки приобретательной давности — 10 и 20 лет в зави­симости от места проживания действительного собственника отно­сительно объекта притязания (в одном округе или в разных окру­гах). Добросовестность владельца предполагается, а лицо, ссылаю­щееся на недобросовестность, должно доказать недобросовестность узукапиента. К движимому имуществу приобретательная давность применяется лишь в случае, когда лицо добросовестно владеет ве­щью, приобретенной от лица, не управомоченного на ее отчуждение, т.е. когда вещь была украдена у собственника или потеряна им. Добросовестный владелец вещи становится ее собственником по истечении трехлетнего срока, предоставленного собственнику для предъявления иска о возврате вещи[3].

В ФРГ и Швейцарии движимое имущество служит единственным объектом права собственности, приобретаемого по давности владе­ния, срок которого равен 10 годам, по истечении которых добросо­вестный владелец признается собственником. Добросовестными узукапиентами признаются лица, не допустившие грубой небрежно­сти и рассматривавшие себя собственниками в течение давностного срока. Приобретение по давности права собственности на недви­жимость исключено в связи с системой поземельной записи, суще­ствующей в этих странах.

В Англии приобретение права собственности по приобретатель­ной давности применяется лишь в отношении недвижимого иму­щества с условием 12-летнего добросовестного владения этим иму­ществом[4].

По правилу, действовавшему в соответствии со Сводом законов Российской империи не существовало особого порядка признания права собственности давности владения.  Если все условия давностного владения и место, то право собственности возникало, само собой. Правда, чтобы узаконить право собственности на недвижимость в силу влажнея, желающему необходимо было обратиться в окружной суд с просьбой о признании за ним права собственности на указанное имущество и о выдаче акта о приобретении имущества. В то же время обычное право Российской империи не знало правил приобретательной давности[5].

Комментируя положения Свода законов Российской империи, известный русский ученый Д.И. Мейер характеризовал бесспорное владение как владе­ние, не оспариваемое иском, допускал идентичность понятий «бес­спорное» и «спокойное» владение, хотя последнее понятие, по мне­нию ученого, требует, чтобы давностное владение было не только бесспорным, но и спокойным, т.е. чтобы не было и таких нападок на владение, которые фактически представляются спором, хотя и не составляют спора в юридическом смысле. Спор, предъявленный против давностного владельца не собственником, но с его согласия, или спор со стороны собственника, но предъявленный в ненадле­жащий судебный орган, или даже простое заявление собственника в суд о неправильном владении давностного владельца лишают, по мнению Д.И. Мейера, владение свойства владения и тем самым разрушают давностное владение. Под непрерывностью понималось постоянное владение, когда в течение давностного срока лицо не пе­реставало владеть вещью в юридическом смысле слова. Д.И. Мейер полагал, что непрерывность владения не исключает предоставления владения узукапиентом другому лицу (например, в аренду, наем), а также перемены в лице владельца, когда владение по-прежнему считается тем же, а не новым, и последний давностный владелец вещи приобретает на нее право собственности по давности, не провладев вещью в течение полного давностного срока (например, в силу наследования или какой-либо сделки). Как видно из коммен­тария Д.И. Мейера, владеть «в виде собственности» или «на праве собственности» - значит владеть от своего имени, а не от имени другого собственника имущества, владеть, не имея к тому никакого юридического основания, причем такой владелец должен четко вы­разить свое желание владеть имуществом от своего имени, а не от имени другого собственника, и осознано осуществлять в отношении вещи права собственника. Тем самым такое владение становится как бы самостоятельным видом права собственности[6].

Современный институт приобретательной давности служит цели придания стабильности гражданским правоотношениям. 

В гражданском кодексе Российской Федерации, в п. 4 ч. 1 ст. 8, определено, что гражданские права могут возникнуть в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Одним из таких законных оснований возникно­вения собственности является п. 3 ст. 218 ГК РФ, согласно которого в случаях и в порядке, предусмотренных Кодексом, лицо может при­обрести право собственности на имущество, не имеющее собствен­ника, на имущество, от которого собственник отказался или на ко­торое он утратил право собственности по иным законным основа­ниям. Конкретизируя данное положение, гражданский кодекс в п. 1 ст. 225 определяет понятие бесхозной вещи, указывая в абзаце третьем п. 3 данной статьи, что бесхозная вещь, может быть приобретена с силу приобретательной давности. Иными словами, речь идет о праве собственности на бес­хозяйное имущество. 

Согласно п.1 ст. 234 ГК РФ, лицо (гражданин или юридическое лицо), не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее им как своим собственным недвижимым имуществом в течение 15 лет либо иным имуществом в течение 5 лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).  

Право собственности в силу приобретательной давности согласно данной статьи ГК, может возникнуть как на имущество, принадлежащее на праве собствен­ности другому лицу, так и на бесхозяйное имущество. Необходимо заметить, что приобретательная давность относится к фактическому и беститульному владению, т.е. к владению, не основанному на конкретном правовом титуле, и распространяется, таким образом, на случаи фактического, беститульного владения имуществом/ 

Высшие судебные инстанции, в Постановлении Пленума ВС РФ N 10 и Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных права», вслед за положениями гражданского кодекса, указали на приобретательную давность, как на основание приобретения права собственности, конкретизировав механизм возникновения права собственности в силу приобретательной давности (п.15-21)[7].

Такое субъективное условие приобретение права собственности на имущество по давности владения, как добросовестность владения, является первым и наиболее спорным требованием, предъявляемым владельцу, желающему стать собственником вещи. В связи с тем, что ни в гражданском законодательстве, ни собственно в самой ст. 234 ГК РФ, не содержится единого определения понятия «добросовестность», его необходимо рассмотреть подробнее.

Конституционным Судом РФ, в пункте 7 постановления от 20 июля 1999 г. № 12-п по делу о проверке конституционности Федерального закона от 15 апреля 1998 г. «О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй миро­вой войны и находящихся на территории Российской Федерации», разъяснено, что обязательным условием приобретения права собственности на бесхозяйную вещь за давностью владения (приобретательная давность) является добросовестное открытое владение, без которого не могут быть гарантированы законные права и интере­сы собственника, как это предусмотрено Конституцией РФ, в том числе ее статьями 8 (ч. 2), 17, 35, 45 (ч. 1) и 46. В данном постановлении Конституционный суд РФ, сделал акцент на то, что добросовестным должно быть именно владение, т.е. фактическое обладание вещью, на протяжении определенного отрезка времени.

В абзаце третьем п. 15 постановления Пленума 10/22 указано, что «давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности». 

В юридической литературе высказываются разные мнения относительно добросовестности давностного владельца. 

Например, А.Д. Рудоквас, задает совершенно правильный и очень важный с практической точки зрения вопрос: должен ли владелец доказывать наличие добросовестности в момент состоявшегося завладения вещью или она презюмируется[8]. И указывает, что в отношении давностного владения высшие судебные инстанции пока не определились в этом вопросе. 

По мнению К.И. Скловского, добросовестность для приобретения по давности необходима на момент совершения сделки по отчуждению вещи или установлению владения иным образом. Далее автор развивает свою мысль, указывая, что исследованию подлежит только момент получения вещи во владение. Его последующее поведение может быть принято во внимание лишь с точки зрения подтверждения или опровержения наличия у него доброй совести в момент получения имущества[9]

Б.Б. Черепахин указывает, что давностный (добросовестный) приобретатель не знает и не должен знать о незаконности своего приобретения, не обязан ссылаться при этом, на какой – то определенный юридический титул приобретения. Приобретатель остается добросовестным, несмотря на то что в последующем, во время давностного владения, он узнает о незаконности приобретения своего владения[10]. Богданов указывает, что под добросовестностью участников гражданских правоотношений следует понимать субъективную сторону их поведения, т.е. когда они не знали и не могли знать о правах третьих лиц на соответствующее имущество или об иной своей неуправомоченности. Напротив, недобросовестным могут быть признаны лишь граждане и организации, которые, совершая противоправное действие или бездействие, знали или должны были знать о характере этих действий и их последствиях[11].   

Е.А. Суханов также полагает, что для приобретения права собственности на вещь по давности фактического владения в соответствии с правилами ст. 234 ГК РФ, необходимо владеть ею добросовестно, т.е. фактический владелец не должен быть, например, похитителем или иным лицом, умышленно завладевшим чужим имуществом помимо воли его собственника[12].  

Потапенко С.В. и Зарубин А.В., комментируя п. 15 постановления Пленума № 10/22, указывают, что в науке под добросовестным владельцем понимают того, кто приобретает вещь внешне правомерными действиями и при этом не знает и не может знать о правах иных лиц на данное имущество[13].  Далее, авторы отмечают, что судебная практика более подробного определения, чем дано в абзаце 3 п. 15 постановления Пленума № 10/22, еще не выработала, да это и невозможно, поскольку добросовестность определяется в каждом случае с учетом обстоятельств конкретного дела. Отсутствие устоявшейся судебной практики по вопросу об определении понятия добросовестности компенсируется довольно четкой позицией по принципу «от противного», согласно которой недобросовестным является владение, основанное на правонарушении[14]. Далее авторы, как и К.И. Скловский, указывают, что добросовестность преимущественно должна исследоваться на момент завладения[15]. Представляется, что данное мнение авторов является не бесспорным. 

Если фактический владелец вещи, приобрел ее, не совершая противоправных действий, и само имущество выбыло от прежнего собственника не помимо его воли. Такое лицо является добросовестным. На наш взгляд правы Н.В. Карлова и Л.Ю. Михеева, предлагающие законодателю вообще не принимать во внимание «добросовестность» при характеристике владения в порядке ст. 234 ГК РФ, и использовать этот критерий только при дифференциации сроков завладения. Авторы указывают, что добросовестным следует считать такого владельца, который из обстановки, существующей в момент завладения, мог предположить, что вещь никому не принадлежит[16]. Соглашаясь в целом с мнением указанных авторов, считаем все же, что не совсем верной является указание на сроки «завладения», т.к. применительно к ст. 234 ГК РФ, речь может идти об обладании вещью, т.е. о владении на протяжении определенного законом времени.

Стоит согласиться с Г.Н. Эйриян, который отмечает, что добросовестное владение базируется не на том, что владелец имущества не знает об отсутствии у него права собственности, а на том, что он добросовестно полагает, что собственник имущества утратил интерес к своей собственности и фактически отказался от нее. Прежде всего это должно выражаться в отсутствии притязаний со стороны собственника к давностному владельцу на протяжении 15 лет. Безмолвие и бездеятельность собственника должны лежать в основе добросовестности давностного владения[17]

Представляется верной высказываемое отдельными авторами мнение, о том, что признаки добросовестности играют незначительную роль при применении ст. 234 ГК РФ, по сравнению с другими признаками, изложенными в п. 1 этой статьи (открытость, непрерывность владения, владение имуществом как своим собственным, сам факт фактического владения в течение установленного законом времени), тем более что, как известно, п. 3 ст. 10 ГК РФ, предполагает добросовестность действий участников гражданско-правовых отношений, и заинтересованная сторона обязана доказать в суде отсутствие такового качества у другой стороны при давностном владении[18]

Конечно, может возникнуть вопрос, если добросовестность, как и разумность действий, предполагается, то почему в современном правопорядке требуется ее установление судом и как следствие доказывание ее лицом, желающим приобрести право собственности по давности фактического владения?

Например, п. 19 постановления Пленума № 10/22, определяет порядок производства по делам о приобретении права собственности в силу приобретательной давности, это исковое производство и производство об установлении фактов, имеющих юридическое значение. Исходя из содержания п. 19, порядок судопроизводства определяется исходя из осведомленности владельца о прежнем собственнике. В частности, в абз. 3 указано, в случаях, когда прежний собственник недвижимого имущества не был и не должен быть известен давностному владельцу, он вправе обратится в суд с заявлением об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности. В качестве заинтересованного лица к участию в деле привлекается государственный регистратор. Комментируя данный пункт, Потапенко С.В. и Зарубин А.В., приводят пример, когда собственник вещи, которую истец желает обратить в свою собственность в силу приобретательной давности, известен, однако не желает судебных споров и давно утратил интерес к имуществу[19].  В таких случаях ученные предлагают давностным владельцам, предварительно обращаться к прежнему собственнику, выясняя, есть ли у них притязания в отношении спорной вещи. Представляется, что данным советом воспользоваться будет не просто. К примеру, давностный владелец живет в квартире более 20 лет, которая находится в доме, ранее принадлежавшем предприятию. Дом снят с баланса юридического лица более 17 лет назад, а в реестр муниципальной собственности города дом так и не внесен. О положении семей, проживающих в данном доме известно и муниципалитету, и бывшему собственнику. Кроме того, никаких притязаний со стороны собственника к давностному владельцу на протяжении более 20 лет, не было. Его бездействие подтверждает, что его права никем не нарушаются, а в самом имуществе собственник явно незаинтересован. 

Постановление дает ответ на этот вопрос, указывая на государственного регистратора как на заинтересованное лицо. Однако на практике возникают сложности, при рассмотрении заявления давностного владельца в порядке особого производства. Например, вопрос о бремени доказывания добросовестности, является очень важным и сложным с практической точки зрения. Дела особого производства согласно п. 1 ст. 263 ГПК РФ, рассматриваются по правилам искового производства. Следовательно, необходимо определить круг юридически значимых фактов, входящих в предмет доказывания по делу об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности. И первым из фактов подлежит доказыванию факт добросовестного владения имуществом, в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ.  

Затруднения в определении предмета доказывания возникают у заявителя, поскольку в силу общего правила распределения бремени он должен доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований. Однако в соответствии с процессуальным законодательством, суд определяет обстоятельства, имеющие значение для дела и какой стороне их надлежит доказывать. В процессуальной науке давно сложилось устойчивое определение предмета доказывания. Это обстоятельства материально-правового или процессуального характера, подлежащие установлению в целях правильного установления обстоятельств дела. Предмет доказывания определяется на основе подлежащей применению нормы материального или процессуального права. Именно в этом и заключается сложность. 

В п. 6 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ, предусмотрена возможность установления юридического факта владения и пользования недвижимым имуществом. Условия, при которых возможно установления факта владения и пользования, это, если у заявителя имелся, но был им утрачен правоустанавливающий документ о принадлежности ему недвижимого имущества на праве собственности, и при условии, что такой документ не может быть восстановлен в ином порядке. Таким образом, согласно данной нормы, суд вправе установить юридический факт владения и пользования недвижимым имуществом на праве собственности в случае, если отсутствует спор о праве и если данный факт не может быть установлен в ином порядке.  Однако в данной статье ГПК РФ, не говориться об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение всего срока приобретательной давности. В соответствии с ч. 1 ст. 264 и ст. 265 ГПК РФ суд устанавливает юридические факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов. Т.е. такие (утраченные) документы, когда-то должны были существовать. Однако, исходя из положений статей 234 и 225 ГК РФ, можно сказать, что таких документов в принципе не могло существовать. Следовательно, руководствоваться данной процессуальной нормой при определении предмета доказывания заявитель не может.  

Добросовестность, открытость и непрерывность владения имуществом, это обязательные условия, указанные в законе, при наличии которых возникает возможность перехода права собственности по приобретательной давности. Таким образом, через суд владелец вправе установить факт соблюдения необходимых условий, для получения имущества в собственность. 

Для того, чтобы заработал механизм определения предмета доказывания, и можно было применить норму права, подлежащую применению, необходимо, закрепить на законодательном уровне положения пунктов 15 и 19 постановления Пленума 10/22, где можно было бы определить, какое давностное владение является добросовестным, открытым и непрерывным, а также определить другие необходимые условия для обращения в суд с требованием о признании права по давности владения. 

Как отмечает Г.А. Жилин, разбросанность процессуальных норм в различных источниках, их взаимосвязь с нормами материального права приводят иногда к несогласованности законодательного регулирования, порождают дополнительные трудности по поиску подлежащих применению норм и уяснению смысла содержащихся в них правил судопроизводства[20]. Для предупреждения возможных судебных ошибок и при отсутствии судебной практики по применению соответствующих правил применяются постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ. Не вдаваясь в рассуждения о том, можно ли постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ, относить к формально-юридическим источникам права, хотим лишь отметить, что судебная практика представляет собой деятельность правоприменительную, но не правотворческую. 

Русский до­революционный цивилист В.И. Синайский отмечал, что большая часть судебных споров, наиболее продол­жительных и запутанных в области вещного права, относится на долю приобретательной давности. С данным утверждением трудно не согласится, т.к. и в наши дни приобретение собственности по давности не заняло заметного места в хозяйственной жизни.  Применение норм о приобретательной давности вызывает практические трудности у судебных органов при рассмотрении данной категории дел, несмотря на формирование единства судебной практики и выработку единых правил поведения в конкретных ситуациях. 

Правильной представляется на наш взгляд позиция Е.В. Васьковского, который считал, что превращение давностного владения в право собственности совершается само собой и не нуждается в предварительном судебном утверждении[21]

По нашему мнению, современному российскому праву необходимо вернутся к дореволюционной конструкции давностного владения, в которой добросовестность не была необходимым реквизитом.

Основанием для регистрации права собственности в ЕГРП в силу приобретательной давности, должно быть обращение в регистрационный орган, с предоставление всех необходимых для регистрации права документов. Регистрационный орган не обязан устанавливать самостоятельно факт добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом. Но у него нет и оснований сомневаться в несоблюдении давностным владельцем условий, необходимых для приобретения права по давности. По нашему мнению, предварительное судебное установление факта добросовестного, открытого и непрерывного владения, не требуется, т.к. регистрирующий орган должен руководствоваться презумпцией добросовестности давностного владельца и должен зарегистрировать его право при обращении. И только в случае отказа в регистрации права, давностный владелец, должен обратиться в суд, в рамках обжалования действий (бездействий) регистрирующего органа. При рассмотрении этой жалобы, суд может установить факт добросовестного, открытого и непрерывного владения, т.е. соблюдения всех условий необходимых для получения права по давности владения. Сама по себе регистрация, произведенная по заявлению давностного владельца, не препятствует оспариванию зарегистрированного права лицами, считающими себя собственниками данной вещи.

 ____________________________________________________________________________________________________

[1] Римское частное право: Учебник. Д.В. Дождев; под общ. Ред. В.С. Нерсесянца. – 3-е изд., испр.и доп. – М.: 2008. С. 412-413.

[2] Потапенко  С.В. Зарубин А.В. настольная книга судьи  по спорам о праве собственности/под.ред. С.В. Потапенко.- М. 2013. С. 32.

[3] Гражданское и торговое право капиталистических государств. 3-изд/Отв. Ред. Е.А. Васильев. М., 1993. С. 223.

[4] Там же. С.224.

[5] Меерзон З.И. К вопросу о приобретательной давности в советском гражданском праве. Дисс. … канд. юрид. наук. Харьеов, 1950. С. 137.

[6] Мейер Д.И. Русское гражданское право.  В 2 ч. Ч. 2. М.: Статут. 1997. С. 66-71.

[7] Вестник ВАС РФ. 2010 № 6; Бюллетень ВС РФ. 2010. № 7.

[8] Рудоквас А.Д. Спорные вопросы учения о приобретательной давности: М. 2011. С.139.

[9] Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы.-М. 2004. С. 184.

[10] Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву (Классика российской цивилистики). М., 2001. С.164.

[11] Богданов Е. Категория «добросовестность» в гражданском праве // Российская юстиция. 1999. № 9. С.12.

[12] Гражданское право: Учебник. В 4 Т./Отв.ред. Е.А. Суханов.-3-е изд.Т.II. М., 2005. С.44. (автор главы Е.А. Суханов).

[13] Потапенко  С.В. Зарубин А.В. настольная книга судьи  по спорам о праве собственности/под.ред. С.В. Потапенко.- М. 2013. С. 34.

[14] Там же. С. 36.

[15] Там же.

[16] Карлова Н.В., Михеева Л.Ю. Приобретательная давность и правила ее применения / Практ. пособие (Имущественные споры). М.2002. 

[17] Эйриян Н.Г. Применение приобретательной давности к земельным участкам // Адвокат. 2003. №7.СПС КонсультантПлюс.

[18] Актуальные проблемы гражданского права: Учеб. пособие / под ред. Н.М. Коршунова, Ю.Н. Андреева, Н.Д. Эриашвили. – 3-е изд., перераб. И доп. М. 2012. С. 74.

[19] Указ. соч. С. 49.

[20] Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: Актуальные вопросы. М. 2010. С. 370.

[21] Васьковский Е.В. Учебник гражданского права (Серия «Классика российской цивилистики»). М., 2003. С.346.

Стаж более 18 лет
Есть рассрочка
Работа по договору
Оплата
нал/безнал/карта
Работа круглосуточно